Детские пасхальные рассказы. Маленькой девочке Марусе подарили на Пасху небольшую корзинку цветущих ландышей. Это было ранней весной, на улицах и в саду лежал талый снег, на проталинах земля была черна, а деревья были голы. Маруся была рада цветам; каждое утро, просыпаясь, она первым делом смотрела на цветы и вдыхала их нежный аромат. Выставляла их на солнышко, поливала их водой. Оптовая скидка ограничена. Светлый Праздник. Пасхальные рассказы. София Марковна Макарова. Артикул: 15320.Ландыши — Иван Белоусов. Маленькой девочке Марусе подарили на Пасху небольшую корзинку цветущих ландышей. Это было ранней весной, на улицах и в саду лежал талый снег, на проталинах земля была черна, а деревья были голы. Маруся была рада цветам; каждое утро, просыпаясь, она первым делом смотрела на цветы и вдыхала их нежный аромат. Выставляла их на солнышко, поливала их водой. Но проходили дни за днями, и снежно- белые колокольчики цветов потускнели, съежились и, наконец, стали осыпаться. Праздников Праздник Песнопения Святой Пасхи (богослужебное Подарки к Светлому празднику (для младшего и среднего школьного возраста) Христославы Пасхальный рассказ (для младшего школьного возраста). Христославы, на складе нет, но можно оставить заявку 35 руб. София Макарова. Интерактивный праздник «Масленица на усадьбе Смидовичей» Народное гулянье, посвященное светлому дню Пасхи, Гостей ждут народные игры и забавы, угощение традиционными пасхальными куличами и многое. Изучите творчество автора Софья Марковна Макарова, просмотрев его лучшие книги. Антология русского рассказа (аудиокнига MP3 на 6 CD). Здесь звучат все вечные мотивы рождественских рассказов: тема принятия человека. Софья Макарова. Рождественский фонарь. Молитвословия Часов пасхальных. Светочка, с Рождеством Христовым! Это праздник светлых чувств, . Софья Макарова. В этой книге вы найдете рассказы о том, как раньше проводили Страстную седмицу и праздновали Пасху в русской деревне, об обычаях, которые сейчас уже стали забываться, например, о катании яиц; а также о том. Рассказы и стихи русских писателей и поэтов Ишимова, Есенин. 17 % София Макарова - Светлый праздник. Пасхальные . Только длинные, гладкие листья оставались такими же зелёными. Дружно наступила весна. День ото дня солнце грело жарче землю и сгоняло последний снег. Обнажилась земля. В саду показались первые зелёные стрелки травки; а листья ландышей не увядали и всё оставались такими же зелеными. Стали прибирать сад — расчищать дорожки, посыпать их песком, вскапывать клумбы для цветов, сгребать в кучи прошлогодний жёлтый лист. Маруся стала выносить ландыши на волю: поставит на солнышко и смотрит на них — вот, думает, оживут они и снова зацветут. Тогда мама научила Марусю сделать вот что: выкопать под ёлкой в тени ямку, разрыхлить землю и посадить туда ландыши. Так и сделала Маруся. Всё лето ландыши не увядали, но цветов на них не было. И всё засыпало снегом. Уснули ландыши под белым покрывалом. И думала Маруся, что погибли её цветы, и не раз в холодные зимние дни вспоминала про них. Но когда снова наступила весна, Маруся увидала на том месте, где были посажены ландыши, тонкие, нежно- зеленые трубочки. Они робко глядели сквозь ветви ёлки на голубое небо, на ясное солнышко: это ожили ландыши. С каждым днём ландыши становились всё больше, и скоро из них развернулись листья, среди которых был тонкий, зелёный стебелёк с маленькими, едва заметными цветочными почками. К середине мая ландыши расцвели полным цветом, и радости Маруси не было конца. Встретила — Евгений Елич. Яркое пасхальное утро. Гудят колокола в городе, а на хуторе в пятнадцати верстах от города тихо и зелено. Птицы поют. Петух кричит. В старом хуторском доме по- праздничному торжественно и чисто. Вскочила Галя с постели. Наскоро оделась. Кинулась в столовую к бабушке с радостным криком: — Бабушка, Христос Воскресе!— Воистину Воскресе! Мама когда приедет? Должна к обеду быть.— Я хочу, бабушка, маму первая, самая первая, встретить. Непременно встречу! Вот это красное малюсенькое яичко возьму. Правда? Давно уже пообедали бабушка и Галя. Скоро вечер, а мамынет. Галя на дворе, неподалёку от ворот играет яичками. Красным «тупорыленьким», которое маме подарит, и желтым каменным. В платочек завязывает. То и дело выбегает Галя из ворот на дорогу. Прикрывает глаза рукой, смотрит пристально вдаль, возвращается к бабушке на террасу и говорит: — Поезд опоздал, бабушка? Да? Надувает сердито губки и прибавляет: — Мама едет, а поезд опаздывает. А я жду маму. Зачем он опаздывает?— А ты побегай, поиграй — и не заметишь, как время пролетит, — советует бабушка. Но Галя не хочет играть. Она взбирается на стул возле бабушки, кладет платочек с яичками возле себя и спрашивает: — А мама мне куклу привезет. Да, бабушка? Большую- большую, в красной шапочке? И чтобы глаза закрывала. Мама из Москвы привезет. Понеслась с Жучкой к пруду, где пастушок Митя играет.— Пойдем, Митя, маму встречать, — просит Галя. А Митя и слушать не хочет. Вернулась Галя обиженная во двор. Мама не едет. В комнатах пусто. Работник Степан ушел с женой в деревню. Бабушка на террасе толстую скучную книжку читает. Одна Жучка с Галей. Нашла Жучка коротенькую палку, в зубы взяла. Гордо так, медленно мимо Гали проходит, дразнит: «Отними, мол, попробуй». Раззадорилась Галя: — Ах ты, Жук потешный, Жучище, — приговаривает. Рычит Жучка, палки не даёт. Видит Галя — не одолеть ей Жучки. Бросила палку вырывать, сама к саду побежала: — Жучка, Жучка! Коровы в сад зашли! Бросила Жучка палку. Кинулась с лаем в сад. А Галя палку схватила, смеётся: — Эх, простофиля, простофиля. Убежала Жучка, а Гале еще скучнее, еще досаднее. Стук колёс услыхала Галя за воротами: схватила красненькое яичко, побежала по утоптанной дороге навстречу едущим — думала мама. Поближе подбежала, видит — чужие. Лошадь чужая, кучер чужой. Проехал тарантас. С неистовым лаем унеслась за ним Жучка. А Галя решила: — Пойду на бугор, встречу маму. Христос Воскресе скажу. Страшно Гале стало: вдруг волк выскочит. Позвала Галя тоненьким голосом: — Жучка, Жучка! Откуда- то, через лес принеслась к ней чёрная Жучка. Успокоилась Галя: — Идем, Жучка, маму встречать! Жучка рада, руки Галины лижет, ласкается. Идут вместе по дороге твёрдой, укатанной, Жучка и Галя. На бугор взошли. Слева озимь зеленеет; справа поле да низина, а за ними овраг, лес и белая полоса речки. Жаворонок высоко в небе поёт свое весеннее «тили- тили». Остановилась Галя, подняла головенку, смотрит высоко вверх, на исчезающую в синеве птичку. Звенит, звенит песенка. Близко- близко зазвенела другая. Видит Галя — птичка в траву на землю упала.— Поймать бы мне жаворонка! Бросилась по хлебам. Упорхнул жаворонок из- под самых ног. Сердце Галочкино забилось- забилось от испуга. Жучка кинулась для вида следом за вспорхнувшей птичкой, залаяла, села на дороге. Стемнело; из оврага соседнего пахнуло сыростью. Стало свежо и страшно. Хочет Галя домой к бабушке вернуться, да туда идти еще страшнее: там волчья яма. Притомилась Галя, присела на глыбу чёрной земли. Яичко мамино на колени положила. Жучка походила, порыла землю возле Гали и легла, вытянув лапы. Слушает Галя — не едет ли мама? Нет, не слышно! Ветерок пробежал. Расправляя крылья, прошла, переваливаясь, большая сонная птица. Солнце скрылось. Мама не едет.«Почему мама не едет?» — думает Галя, и страшно, и тоскливо становится на душе. Темнота закрыла от Гали дорогу. В тишине каждый шорох и звук пугают ее. Вон где- то вдали грянул выстрел и докатился до Гали. Вскочила Галя. Перепуганная закричала: — Мама, мама! Прислушалась. Крикнула еще раз: — Бабушка! Мама! Заплакала, задрожала Галя. О Жучке вспомнила. Подошла, села, обняла её за тёплую шею — прилегла, всхлипывая, к Жучке. Жучка голову на Галины колени положила. Всхлипывала, всхлипывала Галя да и заснула, обласканная Жучкой. Не спит Жучка — смотрит, слушает, стережёт Галю. Проснулась Галя от конского топота, криков Митиных, лая Жучки и от того ещё, что упала она с мягкой Жучкиной спины на твёрдую землю. Пастушонок Митя несся по дороге верхом на гнедке и кричал: — Галя, Галя! В темноте с коня спрыгнул.— Галя, ты здесь? Маменька твоя давно приехала, по тебе убивается — а тебя вон куда занесло. Заместо городской дороги на село пошла, — ворчал Митя. Взял на руки Галку. Крикнул грохотавшему сзади тарантасу: — Здеся, здеся! Сюда держи! В тарантасе подъехали кучер Никита, мама и бабушка.— Галюська моя, милая, родная детка! Испугались мы, плакали, а ты вон где, — говорила мама, кутая Галю в теплый платок и горячо целуя.— Мама, Христос Воскресе! Придем домой — ты себе другое яичко выберешь, с мамой похристосуешься. Гони, Никита, скорее домой. Возле кровати сидела, лаская Галю, мама и о чём- то говорила с бабушкой. Галя счастливо улыбалась и засыпала. Снилось Гале, что она вместе с мамой идет по дороге, а жаворонок высоко в небе поёт свое весеннее «тили- тили». Спускается всё ниже и ниже — садится на Галочкину вытянутую руку и всё поёт Гале свою звонкую, радостную песенку. Воистину Воскрес! Было слышно, как идет дождь. Иногда капли попадали прямо в окно и сразу же превращались в маленькие струйки, стекающие вниз. Костя сидел у стола и смотрел в темное окно, хотя все, поужинав, уже разошлись, каждый по своим делам.— Ложись спать, Костик, завтра в шесть утра уже нужно быть готовым, — напомнила мама. Спать Косте не хотелось. Он, как будто не услышав маму, продолжал сидеть за столом. Он думал о завтрашнем дне. И нужно будет отвечать: «Воистину Воскрес!» — и улыбаться. Отвечать Костя не любил. Не то, чтобы он не верил в Воскресение, нет, он, конечно, верил. Он просто не любил отвечать. Костя встал из- за стола и пошел в свою комнату, которая, вообще- то была не только его, они жили там вдвоем: Костя и его дядя Сергей, папин младший брат, которого он называл не дядей, а просто Сергеем, потому что он был еще совсем молодым. Сергей еще не спал.— Спокойной ночи, Костик, — сказал он.— Спокойной ночи. Костя разделся и залез под одеяло. Так обычно случается: если знаешь, что завтра рано вставать, спать не хочется. К тому же, Косте было немного совестно, что он так думал о Пасхе. Ну и что, что нужно отвечать: «Воистину Воскрес!» Он действительно Воскрес», — говорил себе Костя, смотря на мокрые от дождя ветки акации за окном. Иногда ветер, как бы разозлившись, налетал на дерево, заставляя ветки раскачиваться вверх- вниз, и тогда Косте казалось, что это они машут ему, как бы приглашая в ночное царство сна. Было еще темно, но чувствовалось, что скоро небо на востоке станет ярче, а потом поднимется солнце, и темные деревья, растущие в саду, станут, наверное, совсем другими, приветливыми и зелеными. А пока Косте было страшновато, хотя он изо всех сил и старался выглядеть спокойным, чтобы его новый друг Рувим не подумал, что он трус. Рувим был местным парнем и показывал Косте достопримечательности района, к котором он жил.— Это сад дяди Иосифа. Дядя Иосиф добрый! Даже если он заметит, что мы без спроса пробрались в его сад, он не будет кричать. Но сейчас все спят, кроме, наверное, римских солдат, охраняющих гроб, — рассказывал Рувим.— Какой еще гроб? Здесь, в этом саду похоронен Иисус?— Да, а ты думал зачем я тебя сюда привел, смотреть на эти деревья? Костя не верил своим ушам.— Только тихо, — предупредил Рувим. Говорят, что Он был очень хорошим учителем, справедливым и добрым. Некоторые даже говорили, что Он — Мессия, Божий Сын, потому что Он совершал много разных чудес. Но теперь, когда Его распяли, уже никто не верит этому.
|
